Сделать стартовой      Добавить в избранное
ПОИСК ПО САЙТУ:  
RSS-лента новостей    Карта сайта    Форум  
  Расширенный поиск по сайту
ПАНЕЛЬ УПРАВЛЕНИЯ:
логин :
пароль :
Напомнить пароль?
 
Навигация по сайту
Выберите нужный раздел ..
открыть все | закрыть все


Все последние новости
 
 


Календарь публикаций
«    Октябрь 2017    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
 


Популярные статьи
Самое популярное на сайте ..
 
 


Архив новостей
Апрель 2017 (20)
Март 2017 (18)
Февраль 2017 (35)
Январь 2017 (14)
Декабрь 2016 (15)
Ноябрь 2016 (8)


Опрос на сайте
Выберите вариант ответа ..
 
 


Выбор шаблона
Выберите оформление сайта ..
 
 


Важная информация

•   Красный Луч город в котором мы живем krluch.info » Творческая гостиная » Литература » Новости литературной жизни 


8-11-2012, 18:13 Творческая гостиная » Литература  ] • Новости литературной жизни
 

             Александр КИРИЛЬЧЕНКО

                             16 лет, ДТДЮ

                  

ДРАМА В СТИЛЕ «РЭП»

 

1

Окуну свой взгляд куда-то в синюю даль,

Там никого не теряют, и никого не жаль.

Собираю мысли о себе: я ангел или бес?!

И как бы ни было, я опускаю занавес…

Это уже финал – окончилась драма…

Зрители разошлись, осталась только мама.

Прости меня за то, что я слишком рано

Тебя оставил и этим сердце ранил.

Прости меня, мама и пойми, что судьба уводит…

Просто твой сын уже давно хотел свободы,

Хотел всё новых неизведанных ощущений,

И с правдой на устах, хотел всё новых достижений.

 

2

Что такое жизнь? Зачем тебе дана она?

Зачем и для чего впустую тратишь время,

Зачем все силы направляешь в пустоту?

А правда в том, что мир мой – чёрная дыра,

В которую есть вход, но никакого выхода.

И не поможет тебе твоё право на выбор.

Поглощаю чувства, впитываю ненависть

Массу ненужных эмоций, и море негатива…

Раскрываю душу – я чистый белый лист,

Но тут же убиваю свой организм банкой пива…

 

Мой грустный взгляд и хитрая улыбка

Не дадут возможности понять, что у меня на душе,

Но я упорно, и очень часто даже через силу

Буду строить мост к своей непростой судьбе…

 

 

Сергей ВОЛКОВ

*  *  *

Вот и сбылось молодое пророчество,

Видно, цыганские карты не врут –

Бродят по городу два одиночества,

Каждый себе создавая уют.

 

                      Лидия ГЕТМАНСКАЯ

 

*  *  *

Наивная птица на тоненькой ветке

Поёт по-японски. Без слов, но понятно.

Вот так же и люди, посмотришь, бывают

Отчаянно хрупки и нежно любимы.

 

                                 Любовь СВЕТЛОВА

 

            

*  *  *

Люблю мажорные стихи!

Когда толчком для вдохновенья

Бывают радости паренья,

Желанных помыслов грехи.

 

Но не умею, к сожаленью,

Писать тогда стихотворенья…

И формируется строка,

Когда в душе щемит тоска…

 

   Ольга ТЮТЮННИКОВА

 

 

*  *  *

Сентябрь с палитрою в руках

Подходит к каждому листочку,

Он на одном поставит точку,

Другой не трогает пока.

А третий краской обольёт

Сродни пылающему солнцу,

Четвёртый над костром взметнётся

И тихой грустью упадёт.

 

Ещё рука его дрожит,

Но с каждым днём мазки смелее…

Полупрозрачною аллеей

Свою работу завершит.

 

                     Андрей ШКУРКО

 

*  *  *

«Последняя Весна», «остання Осінь»

Придумали одни и те же дуры. –

А я опять зализываю проседь

В своей тридцатилетней шевелюре.

 

Что «ранняя», что «пізня» – идентично,

Хоть у одной нетвёрдая надежда

На будущее…

                          Я опять о личном.

Но плюс – над печкой высохла одежда.

 

                  Георгий БЕЛЯЕВ

 

ИСПАНСКОЕ РОЖДЕСТВО

Я долго шёл вдоль реки,

Стоял туман,

И я напрасно пытался согреться.

 

Но теперь мне кажется, что не было ночного пути,

Я замер у ограды – я всех узнаю,

Здесь каждый – мой друг.

Со всеми я когда-то распрощался,

По многим и тосковать перестал.

Но думаю: «Они здесь, чтобы вспомнить обо мне!»

(Странная мысль!)

И кто-то говорит мне: пастухи.

Но я не вижу ни одного простолюдина!

Богатые платья, важные, тонкие речи.

И снова голос: пришли с дарами.

С дарами? Никого не вижу.

Но к чему дары?

Самая эта минута – величайший дар,

Награда за годы унижений и тягостного молчания.

 

В самом деле,

И небо, и травы, и цветы –

Всё порознь приносит нам радость.

А теперь эти радости слились в одно созвучье.

 

И руки матери,

И светлые глаза её ребёнка,

И синее покрывало, упавшее с головы

(Юная мать смущена)

И тихий, спокойный – как будто утешающий –

Такой знакомый голос старика –

Всё это уже не впечатления, не воспоминания,

А мудрая сказка самой природы,

Оставленная когда-то у изголовья.

 

Борис СЕВОСТЬЯНОВ

 

СОН В РУКУ

 

Эта байка ходит по дороге уже лет сорок. Впервые я услышал её, когда отдыхал в железнодорожном санатории «Сосновый», от соседа по комнате. Было ли всё это на самом деле, сосед и сам не знал. А если и было, то отделить вымысел от правды по прошествии стольких лет почти невозможно. Но все, кто слышал эту историю в первый раз, охотно верили в её правдивость.

 

…Летним солнечным утром Юрий Фёдорович проснулся  в  хорошем  настроении. Ночью ему снились бумажные деньги, так много, что даже зачесалась левая ладонь. Умывшись и позавтракав, взяв собранный женой тормозок, он отправился в депо, где работал машинистом тепловоза.

Идя на работу и вспоминая свой сон, он улыбался. Надо же – приснится такое! Аванс дадут? Вроде рановато, всего лишь пятнадцатое число. Значит, что-то другое.

Половина смены осталась позади. С узловой станции взяли сборный поезд и вот уже два часа находились в пути. В составе были вагоны с лесом, углём, платформы с тракторами и новенькими «Волгами». До конечной станции  оставалось километров двадцать.

− Юрий Фёдорович, на светофоре – жёлтый, − доложил помощник машиниста Игорь, молодой парнишка, только что закончивший железнодорожное училище, − следующий  будет красный.

− Понятно, жёлтый, − ответил машинист, и применил торможение, снижая  скорость поезда.

Показался входной светофор станции, горевший красным огнём. Поезд остановился. С обеих сторон железнодорожного полотна тянулась лесопосадка.

− Игорь, пока стоим, проверь масла в дизелях и в компрессорах, посмотри воду в расширительных баках. Осмотри обе секции. Ты, же слышал: по радиосвязи дежурная говорила о неисправности  входной стрелки. Время есть. Загорится разрешающий сигнал на светофоре, я позову тебя, − сказал Юрий Фёдорович помощнику.

Как только Игорь ушёл в дизельное помещение, кто-то затарабанил по кабине.

− Дарагой, почему не открываешь? Стучу, стучу. Нехарашо, дарагой! – услышал машинист характерный кавказский говор.

Юрий Фёдорович открыл окно кабины. Возле тепловоза стоял мужчина невысокого роста в большой фуражке, в народе называемой «аэродромом».

− Ну, и чего стучишь, «дарагой»? – недовольно спросил Юрий  Фёдорович.

− «Волга». Хачу «Волга». Продай машину, генацвале. Даю шесть тысяч рублей.

−  Для тебя, дарагой, хоть две «Волга», забирай! – смеясь, ответил Юрий  Фёдорович, не предполагая последствий своих слов.

− Не-е, две тоже хочу, но сейчас нэ могу, дэнэг нэту, в следюющий раз возьму две, – совершенно серьёзно ответил кавказец, доставая из кармана пачку пятидесятирублёвых купюр.

− Да ты что, кацо, я думал, ты шутишь, какая «Волга»?! Да и как ты её с платформы снимешь? Спрячь деньги.

− Слюшай, генацвале, так дела не делаются. Ты мужчина, я мужчина. Слово дали  друг другу? Дали! А слово мужчины – закон. Да ты, не бойся, дарагой, никто на тебя и не подумает. Ты машинист, а не сторож. Твоё дело «Волга» возить, а не охранять её. А снять, снимем бистро, не переживай. Бери дэньги. Дом купишь, − настаивал кавказец.

Юрий Фёдорович растерялся. Неужели сон в руку! Такие деньжищи сами плывут! Может, и правда взять?! Помощник в дизельном помещении. Свидетелей нет. Не возьмёшь – потом жалеть будешь. «А была, не была! Так и быть, беру», − решился машинист.

Из лесопосадки выехал автокран. Подъехав к платформе с автомобилями, он остановился. Из кабины выпрыгнули трое. Один полез на платформу, а двое стали приводить кран в  рабочее положение. Через пятнадцать минут «Волга» стояла на земле. И в этот же момент, будто по расписанию загорелся зелёный на входном светофоре. Поезд пришёл в движение и стал медленно набирать скорость.

Дома Юрий Фёдорович пересчитал деньги, положил их в железную коробочку и закопал у тёщи в огороде. Никому не сказал ни слова. Если и найдут, то пускай «мама» и отвечает. Но всё равно на душе скребли кошки.

Выходные прошли тревожно. Юрий Фёдорович вздрагивал от каждого постороннего шороха. Даже по ночам снились кошмары. Кавказец в милицейской форме (и почему-то с «аэродромом» на голове) требовал назад свои деньги, утверждал, что его обманули, и вместо «Волги» всучили  горбатого «Запорожца».

− Отдай мой «Волга», не хочу «Запорожца», все соседи надо мной смеются, хочу «Волга-а-а»! – кричал он.

Утром в нарядной машинист-инструктор сообщил:

− Юрий Фёдорович, звонили  из отдела кадров. Тебя вызывают в отдел транспортной милиции. Сегодня у тебя выходной.

Через полчаса Юрий Фёдорович стучался в дверь кабинета следователя. Им оказалась симпатичная молодая женщина с русыми волосами, заплетёнными в небольшую косу.

− Здравствуйте, − улыбаясь, заговорила она, − я следователь, зовут меня Людмила Борисовна, а фамилия Богданова. Пригласила я вас для того, чтобы побеседовать с вами о вашей работе, а конкретней, о поездке десятого июля этого года.

Беседа продолжалась более часа. Весь тот злополучный  день был расписан по минутам. Особенно следователя интересовал сборный поезд, в котором были платформы с «Волгами». Юрий Фёдорович на все вопросы отвечал обстоятельно, но о встрече с кавказцем ничего не сказал.

Потом было ещё три беседы. Как не пыталась запутать его следователь, но Юрий Фёдорович повторял то же самое. Допросили и помощника. Игорь только подтвердил показания своего машиниста.

Месяца через три всё утихло. Больше никто их не вызывал.

 

Прошёл год. Юрий Фёдорович уволился из депо, продал свой небольшой домик в Донбассе, купил дом в Крыму, на берегу моря. Устроился сторожем в один из пансионатов, а в свободное время ловил рыбу, сушил её и продавал на рынке. В летний сезон сдавал комнаты «дикарям». С человека брал по рублю в сутки. Стал на очередь для приобретения «Москвича». Жизнь, как говорится, удалась. Но сколько верёвочке не виться, а всё равно приходит конец.

В сентябре, в разгар «бархатного» сезона к Юрию Фёдоровичу неожиданно приехал кум Василий.  Дружили они с самого детства. Кума встретили как родного. Накрыли стол с угощениями. Василий привёз бутыль самогона. Много было съедено, выпито, вспомнили много песен, о многом поговорили. Вечер выдался на славу.

Ближе к ночи, когда кумовья остались за столом одни, Юрий Фёдорович разоткровенничался. Если нельзя доверять другу детства, то кому тогда можно?

− Василий, а ты помнишь, как меня к следователю вызывали?

− Конечно, помню, – ответил кум, – ходили слухи о краже машин. Но к чему ты это вспомнил? Мы тогда ещё с ребятами удивлялись: какое ты имеешь к этому отношение?

− А самое непосредственное. Слушай, как было дело.

И Юрий Фёдорович подробно рассказал – и о том, как получил деньги за «Волгу», и о том, как купил на эти деньги дом в Крыму.

Ровно неделю Василий пробыл у кума, ел и пил за его счёт. Целых семь дней не вылезал из тёплого моря. А когда вернулся домой, решил отблагодарить Юрия Фёдоровича за гостеприимство. Пошёл Василий в линейный отдел милиции и подробно пересказал всё, что услышал от кума.

Юрию Фёдоровичу дали пять лет с конфискацией имущества за соучастие в краже в особо крупных размерах.

 

Отсидев срок, он вернулся в родной Донбасс. С той поры Юрий Фёдорович ни людям, ни снам не верит и держит язык за зубами, хотя и рассказывать-то, по большому счёту, больше нечего. Иногда снится ему кавказец, который говорит:

−Вай, вай, генацвале, никому верить нельзя, а мне можно!


 (голосов: 3)

 
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.

Другие новости по теме:


 
Главная страница   |   Регистрация   |   Добавить новость   |   Новое на сайте   |   Статистика   |   Поддержка

                COPYRIGHT © 2004-2007 Galayda Inc All Rights Reserved.
                Powered by Galayda.Com © 2007
© 2007
         
    counter 88x31