Сделать стартовой      Добавить в избранное
ПОИСК ПО САЙТУ:  
RSS-лента новостей    Карта сайта    Форум  
  Расширенный поиск по сайту
ПАНЕЛЬ УПРАВЛЕНИЯ:
логин :
пароль :
Напомнить пароль?
 
Навигация по сайту
Выберите нужный раздел ..
открыть все | закрыть все


Все последние новости
 
 


Календарь публикаций
«    Сентябрь 2017    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
 


Популярные статьи
Самое популярное на сайте ..
 
 


Архив новостей
Апрель 2017 (20)
Март 2017 (18)
Февраль 2017 (35)
Январь 2017 (14)
Декабрь 2016 (15)
Ноябрь 2016 (8)


Опрос на сайте
Выберите вариант ответа ..
 
 


Выбор шаблона
Выберите оформление сайта ..
 
 


Важная информация

•   Красный Луч город в котором мы живем krluch.info » Творческая гостиная » Литература » ЛИТЕРАТУРНЫЕ НОВОСТИ 


18-12-2010, 21:20 Творческая гостиная » Литература  ] • ЛИТЕРАТУРНЫЕ НОВОСТИ
 

                                                                             Иван НЕВМЕРЖИЦКИЙ

 

     СТИХИ И ВЕРНОСТЬ

     

                              ИЛИ КУРОРТНЫЙ НЕРОМАН

 

Скажи кто-нибудь Ларисе раньше о супружеской верности, она бы только ухмыльнулась. Теперь же свято уверовала: жива лебединая верность! Пусть не в её семье – у других, но всё таки есть. И это – самое главное.

Ларисе далеко ещё было до «бабьего лета». И спереди, и сзади всё при ней. Она общительна, весела, красива, часто ездит отдыхать, и всегда уверена, курортному роману – быть! Муж? А что муж. Он тоже дома не сидит – курорты посещает. Но, само собой разумеется, ведет себя достойно. Если и поиграет в любовь, то, разъехавшись, почту не нагружает – чтобы тайное не стало явным. Ведь главное для него, как и для Ларисы, сберечь лицо семьи перед друзьями и соседями.

Так продолжалось несколько лет, а в прошлом году у Ларисы прокол вышел. Нет, не постарела она, не подурнела и была по-прежнему востребована… Но только не тем, на кого глаз положила.

Увидела его Лариса на вечере знакомств в санатории.  Сгущались восхитительные вечерние сумерки, на площадке собралось немало народа – всем хотелось какой-либо забавы, весёлого развлечения. И вскоре оно началось, скучать не довелось никому. Смысл этой простой, но интересной игры заключался в следующем: у культмассовика нужно было своего рода «выкупить» свою вещицу – губнушку, расчёску, портсигар и прочие мелочи… Вероятно, когда-нибудь и вам, поддерживая собравшуюся компанию, приходилось принимать участие в подобных затеях…

В свой черёд и он вошёл в круг. Мужчина, как мужчина, по виду – сверстник, коренастый, широкоплечий (именно таким Лариса отдавала предпочтение и ещё ни разу не обманулась в своих ожиданиях). Оказалось, что танцевать и рассказывать анекдоты он не умеет. Петь любит, но вот слуха, жаль, не имеет. Что может? Да только стихи читать.

– Валяй! Только про любовь! – зашумел народ.

– Василий Фёдоров, – начал он.

Если б

Богом я был,

То и знал бы,

Что творил

Женщину!

Если б       

Скульптором стал,

Высек бы

Из белых скал

Женщину!

Послышались вежливые хлопки. Кто-то из молодых ободряюще крикнул:

– Давай ещё!

– Ещё, так ещё! – согласился мужчина и назвал следующего автора, – Евгений   Евтушенко.

Ты спрашивала шёпотом:

"А что потом?

А что потом?"

Постель была расстелена,

и ты была растеряна...

Стало горячей. Аплодисментов прибавилось, по живому кольцу, обступившему мужчину, прокатился одобрительный шепот, разбавленный весёлыми возгласами:

– Годится! Давай ещё! – требовало общество.

– «Буря» Николая Некрасова:

Долго не сдавалась Любушка-соседка,

Наконец шепнула: "Есть в саду беседка,

Как темнее станет – понимаешь ты?.."

Ждал я, исстрадался, ночки-темноты!

… Да зато с той ночи я бровей не хмурю

Только усмехаюсь, как заслышу бурю...

        Вслед за «Бурей он прочитал стихотворение «Грех» Евгения Винокурова.

… Можно долго говорить о разном,

но одно ведь на уме у всех,

женщина, блеснувшая соблазном,

за собой ведущая нас в грех.

После этих слов Лариса окончательно поняла, с кем ей хотелось бы провести свой отпуск.   Закончил незнакомец своё выступление стихами того же Евгения Винокурова, но совсем другого плана – о семейном счастье «Моя любимая стирала» и «Она». Особенно второе:

Присядет есть, кусочек половиня,

Прикрикнет: "Ешь!" Я сдался. Произвол!

Она гремит кастрюлями, богиня.

Читает книжку. Подметает пол.

Бредет босая, в мой пиджак одета.

Она поет на кухне поутру.

Любовь? Да нет! Откуда?! Вряд ли это!

А просто так:

Уйдет – и я умру.

Сейчас Лариса знает все эти стихи наизусть.  Они настолько ей понравились, что уже позже, возвратившись домой, она отыскала сборники цитируемых поэтов и выписала оттуда  очень многие строчки и не только те, которые слышала в тот памятный вечер. Открывшаяся ей поэзия была настолько человечна, будто бы она  и не поэзия вовсе, а сама жизнь. Но это будет позже.

А тогда она просто стояла, не сводя глаз с незнакомца. Сердце её учащённо билось, предвкушая необычное, удивительное свидание. «Он будет мой! Обязательно!» – дала мысленный зарок Лариса и, не теряя времени, обошла собравшихся и встала на полшага позади него. Так и простояла она полчаса или больше, уже ощущая знакомое томительное волнение. Позже она с удивлением признается себе, что так сильно не желала ещё ни одного мужчину.

Скажи в тот момент кто-то Ларисе, что стихи Винокурова выражают нравственную сущность этого любителя поэзии и что курортный роман с ним вряд ли возможен, – она отмахнулась бы от таких слов, как от надоедливой мухи: женщина уже загорелась, а сердце и рассудок не только у Ларисы никогда не дружили, и наверное не подружатся в обозримом будущем.

Последним номером «программы» стала песня из репертуара Зыкиной «Течёт Волга». Хорошо, с чувством пела Людмила Георгиевна, - Лариса всегда отдавала ей должное, и здесь песня звучала что надо: всю свою душу вкладывала в неё исполнительница. Как только затихли по настоящему благодарные аплодисменты, Лариса приблизилась к мужчине почти вплотную и томно прошептала, едва не касаясь его уха:

– Я хочу, чтобы вы почитали свои стихи мне наедине…

– Стихи не мои, я называл авторов, – он медленно повернулся и внимательно, изучающе посмотрел на неё. Удивительно, но этот глубокий, сильный взгляд смутил Ларису и взволновал, словно девчонку.

– Это неважно. Важно в них то, что они настраивают на определённый лад.

– Правда?

– Правда.

– «А что потом? А что потом?» – повторил мужчина прозвучавшие ранее строки, и ей показалось, что он пытается заинтриговать её.

– Вы же мужчина. Я в этом уверена, – почти навязываясь, подалась она навстречу.

Незнакомец загадочно улыбнулся и вновь ответил стихами.

  Ты большая в любви, ты смелая,

  Я же робок на каждом шагу,

  Я плохого тебе не сделаю,

  А хорошее вряд ли смогу.

– Хорошее будет. Обещаю. Уж я постараюсь. Чьи это стихи? – спросила Лариса.

– Моего кумира – Евгения Александровича Евтушенко. Я собираю каждую строчку этого поэта, давно выделив его среди «хороших и разных» поэтических талантов.

Вечер подошёл к концу. Отдыхающие расходились группами, парами, поодиночке… На площадке остались они вдвоём. Стояли и молча смотрели друг на друга. Лариса, не отрываясь, глядела в его манящие загадочно-тёмные глаза и пыталась понять, что же у незнакомца сейчас на душе. Она ожидала, что он, как и подобает мужчине, сделает решающий шаг навстречу. Не сделал. Тогда она, следуя любимому девизу «не ждать милостей от природы», решила его подтолкнуть:

– Так что же?

А в ответ услышала спокойное:

– Вам не повезло. Я «Люблю свою жену. Свою – я это акцентирую».

Акцентировал он словами своего Евтушенко, как потом выяснила Лариса.

– Тем более это будет интересно. Всё познаётся в сравнении, попробуйте, и вы узнаете, есть ли за что любить жену.

– Разве любят за что-то? – он удивлённо вскинул брови и слегка покачал головой. – А я, чудак, думаю, что браки свершаются на небесах. Выбрал жену не за красоту, не за талант какой-то. Да и не выбирал я. Увидел её – и как магнитом потянуло, захотелось познакомиться. Вот как вам со мной сегодня.

«Сейчас он представится, – подумала Лариса, торжествуя, – и всё пойдёт, как по накатанной дорожке.»  Однако, она ошиблась, мужчина продолжал своё:

- Знаете такую песню: «Есть девчонка одна. Ничего в ней нет, а я всё гляжу, глаз не отвожу». Очень верно подмечено. Вот и жена моя, на вид – самая обыкновенная, а для меня она – лучше всех и других мне не нужно.

                                Я не скажу, что я святой,

                                Мне не дано святых свершений,

                                Но дорожу я чистотой

                                Своих с женою отношений…

«Цену себе набивает или я поставила не на ту лошадку? – гадала Лариса, нервно пощипывая пальцами краешек модного, красиво облегающего фигуру платья. – Обычно мужики жалуются на жену, мол, такая она, сякая и этой «жалобой» как бы подсказывают: «Семафор открыт. Полный вперёд! А этого совсем в другую степь понесло.» Однако, вслух сказала совсем другое:

– И это Евтушенко?

– Нет, это Василий Фёдоров, у которого в «Книге о любви» есть бесподобные стихотворения  о непростых отношениях между мужчиной и женщиной. И эти стихи всего нужней в «горький час супружества». Горький час супружества – как сказано! А его слова «женского тела горячее чудо» меня, как мужчину, просто восхищают. У него есть стихотворение, которому уместно звучать лишь в интимной обстановке.

– Мы же взрослые люди, я с удовольствием послушаю, – кокетливо шепнула Лариса, а про себя подумала: «Уже теплее, значит, я не обманулась. Интересно, какой же он будет в постели?» Знакомое волнение набирало силу, по коже пробежали приятные мурашки.

– Если настаиваете, слушайте.

Я не знаю сам,

Что делаю...

Красота твоя,-

Спроси ее.

Ослепили

Груди белые,

До безумия красивые.

Ослепили

Белой жаждою.

Друг от друга

С необидою

Отвернулись,

Будто каждая

Красоте другой

Завидует.

Я не знаю сам,

Что делаю...

И, быть может,

Не по праву я

То целую эту, левую.

То целую эту, правую...

 

Он читал стихи тихо, почти шепотом, но вместе с тем, удивительно проникновенно. Он даже наклонялся поочерёдно то в одну, то в другую сторону, будто действительно целуя грудь. Лариса ликовала. Из самой сердцевины её души поднялось необычное волнующее чувство. О, как же ей хотелось взять и прильнуть к этому необычному человеку, прикоснуться к его жарким губам, слиться с ним воедино. Она с трудом сдерживала порыв желания. «Потом своё возьму, а то ещё оттолкну этого романтика своим темпераментом.»

Они подошли к корпусу санатория, так и не познакомившись. Позже Лариса узнала его имя, кто он и откуда. Да разве дело в имени. Прежде, чем войти в вестибюль, она улыбнулась и, еле скрывая нетерпение, спросила:

– Мы ещё встретимся?

– Не исключено, живём-то в одном здании, да и городок небольшой. Только честно предупреждаю: наедине читать вам стихи не стану, – мужчина вежливо улыбнулся и пригладил ладонью волосы.

И тут Лариса разозлилась. Ещё никогда ни от одного мужчины она не получала отказа. Она знала цену своей красоте, привыкла к мужскому вниманию. И тем больнее её ударила мудрая холодность его глаз. Ей бы сдержаться в надежде на дальнейшее общение и счастливый финал – не получилось, сказался взрывной характер.

– Так что же ты вспоминать будешь, если не поимеешь здесь женщину? – неожиданно для себя резко перешла она на «ты».

Не выказав ни малейшего волнения, он спокойно ответил:

 – Вспоминать найдётся что. Хотя бы то, как вы меня искушали, а я устоял, не соблазнившись. Приятное, признаться, будет воспоминание.

Не ожидая подобного, по её мнению, хамства, Лариса опешила. Откровенные слова обожгли её сильнее пощёчины. Обида, смешавшись с неудовлетворённой страстью, вылилась в дерзость:

– Впервые такого дурака вижу, ему дают, а он отказывается. Трус или импотент! – выпалила она и, хлопнув ни в чём не повинной дверью, ушла, почти убежала, чувствуя, что вот-вот разрыдается…

Тем летом роман у неё всё-таки был, с другим – страстным, откровенным, нагловатым. Но он не доставил Ларисе удовольствия. Осталась на душе и в сердце заноза. Обида? Нет, вроде. И всё же ощутимо саднило. Она успокаивала себя: «Сплюнь, перекрестись и забудь, как забывала через месяц тех, кто тебя избирал на время отпуска».

Не забывается. Бегут дни, слагаясь в недели и месяцы. Лариса нет-нет да и вспомнит того, кто мимоходом открыл для неё прекрасный мир поэзии (раньше она стихов не признавала, люди так не говорят). И однажды, в момент откровенности, призналась, что по-хорошему завидует той «обыкновенной» женщине, которую так любят, что даже в разлуке не помышляют об измене.

 

 

ПОЭЗИЯ

 

                                       

                                                                                Лариса МОМОТОВА

 

                 *   *   *

Не по правилам стихосложенья

Я рифмую свои предложенья.

А по правилам внутренней тяги.

И по зову сердца отваги.

 

Не смотрите, что строчки пьяны.

Не судите поэта рьяно.

А почувствуйте смыслы куплетов,

Что, как песня, для вас пропеты.

 

Не судите поэтов строго.

Не легка их жизни дорога.

Ведь поэзия - пульс планеты,

Острие траектории света.

 

Ведь поэт - это тот, кто первым,

Сквозь свои пропуская нервы,

Скажет так, как никто не сможет.

Настоящее подытожит

И в грядущее путь проложит.

 

Ведь поэт - это совесть народа.

И язык его и природа.

И вожак его и учитель.

Светоч нации и небожитель.

 

Он из будущего посланник.

Он вне времени - вечный странник.

В вечном поиске смысла и света.

Не до правил же нам, поэтам.

 

 

 

                                             Валентина ЛАПТЕВА

 

                  *  *  *

Так хочется верить,

что друг не предаст,

А лживость – души

 не изранит.

При выборе Бог

ошибиться не даст.

И явью мечта

всё же станет…

Так хочется верить –

без веры темно…

Но жизнь научила

 всему и давно.

 

 

 

                              Ольга ТЮТЮННИКОВА

 

                       *   *   *

Как здорово идти, забыв о шапке,

И слушать ветра музыку в ушах,

И лужи обходить походкой шаткой.

То чуть убавив, то прибавив шаг.

 

Как здорово лицо подставить солнцу,

И руки, словно крылья распрямить!

Волшебник-ветер чуть спины коснётся

И над землёй ты воспаришь на миг.

 

 

 

 

                                                                       Лидия ГЕТМАНСКАЯ

 

***

Можно ли научиться

Не ждать, когда все случится,

Не звать себе лучшей доли,

Не спать, избегая боли…

 

Может быть, стать птицей

И – перестать сниться?

 

 

 

                         Богдана ГАЙВОРОНСКАЯ

 

                     ПОДАРКИ

Нам холодно вместе с тобою и жарко,

И дарим друг другу мы чудо-подарки

И за руки ходи по парку с тобою,

А вдруг называется это любовью?

        Я тебе небо — ты мне сапожки,

        Я тебе солнце — ты мне сережки,

        Я от души подарю тебе вечность,

        Ты мне — серебряное колечко.

                   

Жениться ты мне предлагал многократно,

Но главный подарочек жду я украдкой,

А ты мне все даришь и даришь предметы,

А я все дарю тебе эту планету.

        Я тебе море — ты мне картину,

        Я тебе ветер — ты мне гардины,

        Чую намеки: замужество близко

        После кастрюль сковородки и миски.

                   

Ты снова мне даришь колечки-сережки,

А я опасаюсь спросить осторожно:

«Ведь я тебе столько чудес подарила,

Когда же ты сердце подаришь мне, милый?»

        Ты мне ответишь солидно и важно:

        «Сердце ведь орган жизненно важный,

        Сердце не вынуть из человека,

        Не умертвив человека навеки».

                    Я громко смеюсь

                    От горькой тоски,

                    Ты минус — я плюс,

                    Мы так далеки...

                    Я в небе звезда -

                    Ты туча на мне,

                    А ты меня — да,

                    А я тебя — нет.

 

 

                                      Алевтина ЛЕГЕЩИЧ

 

* * *

Вкрай насичені повіки

авангардним боді-артом.

У кишенях сильні ліки:

будеш хмари? – ні, не варто.

Бонбоньєрки-бонвівани…

У кишенях буцім казки.

З намистин спустились рано

до грудей лихі поразки.

Вхід вузький до «Абсолюту»,

абсолютна ми еліта.

Не зважай на пору люту –

усміхайся, Аеліто!

 

 

 

                                    Георгий БЕЛЯЕВ

 

***

Зима дарит праздники,

Будто снова учит нас улыбаться,

Над огнём свечи сжигая глупые обиды,

А невзгоды засыпая снегом.

Неужели и жизнь повинуется календарю?

Неужели всё может перемениться

С началом нового года?

Надеешься, надеешься…

 

 

 

                              Андрей ШКУРКО

 

                   *  *  *

Наверно, так заведено на свете,

Что мысли медленны и чувства не остры.

И ты всё меньше думаешь о лете,

Когда горят осенние костры.

 

Оно прошло, и вспоминать не надо,

А лучше посмотреть, как на ветру

Осколки золотого листопада

Опять кружат по нашему двору…


 (голосов: 0)

 
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.

Другие новости по теме:


 
Главная страница   |   Регистрация   |   Добавить новость   |   Новое на сайте   |   Статистика   |   Поддержка

                COPYRIGHT © 2004-2007 Galayda Inc All Rights Reserved.
                Powered by Galayda.Com © 2007
© 2007
         
    counter 88x31